Франц Кафка, один из ключевых писателей двадцатого века, умер в 1924 году, оставив своему другу Максу Броду необычное завещание: сжечь все его неопубликованные рукописи. К счастью для мировой литературы, Брод ослушался. Его решение не только спасло от огня такие шедевры, как «Процесс» и «Замок», но и сформировало наше представление о Кафке.
Прижизненные публикации - Капля в море Кафки
При жизни Франц Кафка не стремился к широкой известности и публиковался крайне неохотно. Его творчество было для него глубоко личным, почти интимным процессом, а не товаром для массового читателя. Он часто сомневался в ценности своих произведений, испытывал мучительное чувство неуверенности. За годы, предшествовавшие его смерти в 1924 году, читатели увидели лишь несколько сборников рассказов и отдельные новеллы.
Среди наиболее значимых прижизненных публикаций можно назвать:
- «Созерцание» (Betrachtung) - сборник из восемнадцати коротких прозаических миниатюр, отпечатанный в конце 1912 года с датой «1913» на титуле. Это была его первая книга; она вышла в лейпцигском издательстве «Ровольт» по инициативе Курта Вольфа.
- «Приговор» (Das Urteil) - новелла, опубликованная в 1913 году. Кафка написал её за одну ночь, 22 сентября 1912 года; напечатана она была в альманахе «Аркадия», который готовили Брод и Курт Вольф.
- «Кочегар» (Der Heizer) - первая глава романа «Америка» (изначально называвшегося «Пропавший без вести»), изданная как отдельная новелла в 1913 году.
- «Превращение» (Die Verwandlung) - одна из самых известных новелл Кафки, увидевшая свет в 1915 году. История Грегора Замзы, проснувшегося однажды утром огромным насекомым, стала символом отчуждения и абсурда.
- «В исправительной колонии» (In der Strafkolonie) - опубликованная в 1919 году, эта новелла поднимает вопросы правосудия и наказания.
- «Сельский врач» (Ein Landarzt) - сборник из четырнадцати рассказов, выпущенный Куртом Вольфом в 1919 году.
- «Голодарь» (Ein Hungerkünstler) - сборник из четырёх рассказов, последняя книга, которую Кафка подготовил сам. Корректуру он правил уже во время последней болезни, а вышел сборник в 1924 году, через несколько месяцев после его смерти.
Эти произведения, хоть и получили некоторое признание в узких литературных кругах, не принесли Кафке широкой славы. Мир не догадывался, какие грандиозные тексты пылились в его ящиках стола, ожидая приговора.
Предсмертная воля - Костер для рукописей
Франц Кафка и Макс Брод были друзьями на протяжении многих лет. Их объединяла глубокая интеллектуальная и духовная связь. Брод был одним из немногих, кто по-настоящему понимал и ценил талант Кафки, видя в нём гения, ещё не раскрытого миру. Кафка, напротив, был полон сомнений и самокритики, часто считал свои произведения незавершёнными или неудачными.
В последние годы жизни, когда болезнь прогрессировала, Кафка всё больше беспокоился о судьбе своих неопубликованных работ. Он не хотел, чтобы они увидели свет, полагая, что они недостаточно хороши или слишком личны для публичного прочтения. Он оставил Броду письменные распоряжения, второе из них датировано 29 ноября 1922 года. В них Кафка просил друга сжечь, не читая, всё, что останется после него: дневники, рукописи, письма, свои и чужие, наброски. Он хотел, чтобы от его литературного наследия остались только те немногие тексты, которые он сам одобрил для публикации.
Среди того, что Кафка приказал уничтожить, были и три его незавершённых романа: «Процесс», «Замок» и «Америка» (первоначальное название «Пропавший без вести»). Эти произведения, ныне считающиеся краеугольными камнями модернистской литературы, тогда были просто грудой бумаги, обречённой на исчезновение по воле автора. При этом значительную часть написанного Кафка уничтожил сам ещё при жизни.
Решение Брода - Вопреки и во благо
Макс Брод оказался перед сложнейшим этическим выбором. С одной стороны, была священная просьба умирающего друга, с другой - его собственное убеждение в гениальности Кафки и в том, что эти тексты должны быть сохранены для человечества. Брод уже давно был уверен в величии Кафки. Он видел в нём пророка, писателя, чьи произведения предвосхищали трагедии двадцатого века и раскрывали глубочайшие аспекты человеческого существования.
Ещё при жизни Кафки Брод пытался убедить его публиковаться активнее, но безуспешно. Позднее Брод объяснял своё решение так: он заранее сказал Кафке, что не исполнит его просьбу, и если бы тот действительно хотел уничтожить рукописи, ему следовало назначить другого душеприказчика.
После смерти Кафки в 1924 году Брод принял окончательное решение. Он посчитал, что его долг перед искусством и будущими поколениями важнее последней просьбы друга. Он начал систематизировать, редактировать и публиковать рукописи Кафки. Это была титаническая работа, поскольку многие тексты были неполными, не имели чёткого порядка глав, а иногда и названий.
Именно благодаря Броду мир получил:
- «Процесс» (Der Prozess) - опубликован в 1925 году. Брод сам расположил главы, которые Кафка оставил ненумерованными и незавершёнными.
- «Замок» (Das Schloss) - опубликован в 1926 году. Этот роман также остался незавершённым, и Брод проделал огромную работу по его подготовке к печати.
- «Америка» (Amerika), также известная как «Пропавший без вести» (Der Verschollene) - опубликована в 1927 году. Брод дал роману название «Америка», хотя Кафка планировал другое.
- Дневники Кафки (Tagebücher) - изданы Бродом уже после смерти писателя и раскрывают его внутренний мир.
- Письма Кафки - также были изданы Бродом, предоставив бесценный материал для изучения его жизни и творчества.
Без Макса Брода Кафка, возможно, остался бы известен лишь как автор нескольких рассказов, а его главные произведения были бы утрачены навсегда.
Бегство с архивом - Прага-Палестина
История рукописей Кафки не закончилась их публикацией. В конце 1930-х годов над Европой сгущались тучи нацизма. Макс Брод, будучи евреем, осознавал смертельную опасность, нависшую над ним и его наследием, а также над наследием его друга. Прага, где он жил, готовилась к оккупации.
Вечером накануне оккупации Праги, 15 марта 1939 года, Брод с женой уехал из города на последнем свободном поезде с беженцами. Путь его лежал в Палестину, которая тогда находилась под британским мандатом. В своём багаже, помимо личных вещей, он вёз нечто гораздо более ценное - чемодан, набитый рукописями Франца Кафки. Многое в этом чемодане ещё не было опубликовано: заметки, дневники, наброски.
Представьте себе этот момент: человек, спасающийся от надвигающейся катастрофы, в последний момент забирает с собой не золото или драгоценности, а бумажные листы, исписанные рукой умершего друга. Это был акт невероятной преданности и прозорливости. Опасения были не напрасны: в нацистской Германии Кафка попал в список запрещённых авторов, а его книги горели на кострах вместе со многими другими.
Брод поселился в Тель-Авиве, где тридцать лет проработал завлитом театра «Габима» и прожил до конца жизни, до 1968 года. С собой он привёз не только рукописи Кафки, но и собственное литературное наследие, а главное - миссию по сохранению и популяризации творчества своего друга.
Судьба архива - От завещания к суду
После прибытия в Палестину Макс Брод продолжал работать над наследием Кафки, публикуя новые материалы, исследуя его биографию и популяризируя его творчество. Он стал главным биографом и интерпретатором Кафки, во многом сформировав его образ в мировой литературе.
В 1968 году Макс Брод умер. И тут история рукописей Кафки приняла новый, неожиданный оборот. Ещё в 1961 году около двух третей бумаг Кафки по просьбе его наследниц, дочерей его сестёр, были переданы в Бодлианскую библиотеку Оксфорда. Остальное осталось в архиве Брода, и этот архив перешёл к его многолетнему секретарю Эстер Хоффе. Волю Брода толковали по-разному: то ли Хоффе получила бумаги в собственность, то ли должна была как распорядительница передать их в Национальную библиотеку Израиля, в городскую библиотеку Тель-Авива или в другой публичный архив.
Эстер Хоффе сорок лет держала архив при себе. Кое-что она продала: в 1988 году рукопись «Процесса» ушла с аукциона примерно за два миллиона долларов и сегодня хранится в Музее современной литературы в Марбахе.
После смерти Эстер Хоффе в 2007 году, архив перешёл к её дочерям, Еве и Рут. Они также продолжали хранить рукописи и оспаривать их принадлежность. Это привело к многолетней судебной тяжбе между дочерями Хоффе и Национальной библиотекой Израиля. Библиотека утверждала, что согласно намерениям Брода, архив должен был принадлежать народу Израиля и находиться в публичном доступе.
Судебные разбирательства длились годами. Дочери Хоффе настаивали, что Брод оставил бумаги их матери в полное наследство, и собирались продать архив в Марбах. Однако в 2016 году Верховный суд Израиля вынес окончательное решение в пользу Национальной библиотеки Израиля. Суд согласился с библиотекой: Эстер Хоффе была распорядительницей, которой надлежало исполнить волю Брода, а не полноправной владелицей.
В результате оставшаяся часть архива перешла в Национальную библиотеку Израиля.
Судьба архива Кафки - это отдельная, почти детективная история, которая включает в себя:
- Личное доверие и дружескую преданность.
- Спасение от нацистской оккупации.
- Многолетнее хранение в частных руках.
- Громкие судебные разбирательства.
- В конечном итоге, победу принципа публичного достояния над частными интересами.
Этический вопрос: Предательство или спасение?
Вопрос о том, было ли решение Макса Брода опубликовать рукописи Кафки предательством или спасением, остаётся предметом дискуссий. С одной стороны, Кафка ясно выразил свою волю: он хотел, чтобы его неопубликованные работы были уничтожены. Это было его право как автора, и Брод, как его друг, был обязан уважать это желание. Нарушение последней воли, пусть и из самых благих побуждений, можно трактовать как нарушение доверия.
Однако большинство литературных критиков, историков и читателей склонны рассматривать поступок Брода как акт спасения. Аргументы в пользу Брода сильны:
- Ценность для мировой культуры: Произведения Кафки, такие как «Процесс» и «Замок», стали фундаментальными текстами двадцатого века, повлиявшими на бесчисленное множество писателей, философов и художников. Их потеря была бы невосполнимой.
- Видение гения: Брод, в отличие от самого Кафки, видел истинную ценность его творчества. Его решение было продиктовано не личной выгодой, а глубоким убеждением в значимости этих текстов для человечества.
- Моральный долг перед искусством: Для Брода, как для писателя и интеллектуала, сохранение великого искусства было высшим этическим императивом. Он считал, что гений принадлежит не только автору, но и миру.
- Предсказание будущего: Кафка описывал абсурдность бюрократии, отчуждение человека, паранойю тоталитарных систем задолго до того, как эти явления стали повсеместными в двадцатом веке. Его работы оказались пророческими.
Можно провести параллели с другими случаями, когда волю автора нарушили ради сохранения текста. Вергилий просил уничтожить «Энеиду», но император Август с этим не посчитался. Владимир Набоков велел уничтожить неоконченный роман «Лаура и её оригинал»; рукопись долго лежала в швейцарском банке, и в 2009 году сын писателя Дмитрий её всё-таки издал.
В случае Кафки, решение Брода изменило литературный ландшафт. Благодаря ему, мы получили доступ к глубоким, тревожным и до сих пор актуальным произведениям, которые продолжают вызывать споры, вдохновлять и заставлять задумываться о природе человека и общества. Если это и было предательство, то одно из самых плодотворных в истории литературы. Большинство из нас, читателей, определённо скажут: «Спасибо, что не сжёг».