Читать «Улисса» Джеймса Джойса требует терпения и стратегии. Роман 1922 года, опубликованный Сильвией Бич, описывает один день, 16 июня 1904 года, в Дублине через 18 эпизодов, пародирующих «Одиссею» Гомера. Ключ к пониманию - правильный перевод, комментарии и готовность не понять всё сразу.

С чего начать, если вы не мазохист

Прежде чем бросаться в омут с головой, давайте честно признаемся: «Улисс» - это не легкое чтиво для метро. Это целое событие. Джойс не просто написал книгу, он построил словесный собор, где каждый кирпичик может оказаться с подвохом, а каждая фраза - отсылкой к античности, философии или дублинской рекламе 1904 года.

Первый шаг: смирение. Вы не обязаны понять все. Никто не понимает все. Даже сам Джойс, возможно, не помнил, что он имел в виду в том или ином месте. Это не экзамен, а приключение. Примите, что вы будете чувствовать себя потерянным, это часть опыта.

Второй шаг: выбор перевода. На русском языке есть два основных перевода, и выбор между ними - это почти религиозный вопрос, вызывающий жаркие споры среди джойсоведов.

  • Виктор Хинкис и Сергей Хоружий (1989): Это классика. Хоружий не только завершил перевод, начатый Хинкисом, но и снабдил его обширными комментариями. Эти комментарии - ваш спасательный круг. Без них вы будете блуждать в потемках, пытаясь расшифровать отсылки к ирландской истории, католической литургии или малоизвестным дублинским газетам. Перевод Хоружего более академичен, точен, но порой тяжеловесен. Его называют «научным» за скрупулезность.
  • Сергей Хоружий (собственный перевод, 2000): Это уже полностью авторская версия Хоружего, результат его многолетней работы. Он переработал текст, пытаясь сделать его более читабельным, но при этом сохранить джойсовскую сложность и многослойность. Некоторые считают его более живым и текучим, другие - менее аутентичным, поскольку Хоружий отошел от некоторых ранних решений Хинкиса.

Рекомендация: Начните с перевода Хоружего (того, что с Хинкисом), потому что комментарии там просто бесценны. Читайте их. Это не жульничество, это выживание. Они объяснят, почему Леопольд Блум думает о «лимонном мыле» или зачем Стивен Дедал рассуждает о Шекспире. Если вы владеете английским, можно попробовать читать параллельно с оригиналом, используя, например, «Ulysses Annotated» Дона Гиффорда, который предоставляет построчные пояснения.

Поток сознания и другие радости

Джойс, помимо прочего, известен тем, что довел до совершенства технику «потока сознания». Это когда мысли персонажа льются на вас без остановки, без знаков препинания, без явной логики, как если бы вы сами были у него в голове. Фразы обрываются, перескакивают с одной темы на другую, смешивая воспоминания, наблюдения и фантазии. И это может быть... утомительно.

Примеры из жизни Леопольда Блума, Стивена Дедала и Молли Блум перемежаются с их внутренними монологами, отсылками к мифологии, философии, истории, музыке, политике и рекламе Дублина начала 20 века. Джойс играл со стилями, пародировал жанры, использовал окказионализмы. Он не просто писал, он экспериментировал. Роман включает в себя имитацию газетных заголовков, бульварного романа, катехизиса и даже эволюции английской прозы. И это чувствуется.

Вот несколько эпизодов, с которых можно начать, чтобы не отбить себе все желание навсегда, или чтобы получить представление о разных гранях романа:

  • Эпизод 4, «Калипсо»: Мы знакомимся с Леопольдом Блумом. Он готовит завтрак, кормит кошку, идет за почтой, размышляет о еде, сексе и своей жене Молли. Это относительно понятный бытовой эпизод, который дает представление о главном герое, его обыденных мыслях и чувственности.
  • Эпизод 5, «Пожиратели лотосов»: Блум отправляется на похороны своего друга Падди Дигнама. Опять же, довольно линейное повествование, хотя и с внутренними отступлениями, где Блум размышляет о смерти, религии и телесных удовольствиях.
  • Эпизод 13, «Навсикая»: Блум на пляже, наблюдает за Герти Макдауэлл. Этот эпизод написан в двух стилях: первая часть - имитация сентиментального бульварного романа из женского журнала, вторая - внутренние, более циничные мысли Блума. Контраст между внешней слащавостью и внутренней реальностью делает его забавным и ироничным, при этом он остается относительно доступным.
  • Эпизод 18, «Пенелопа»: Монолог Молли Блум, без знаков препинания. Несмотря на кажущуюся сложность (почти 50 страниц без единой точки), он невероятно чувственный, мощный и, как ни странно, очень человечный. Он дает представление о женщине, которая является центром мира Блума, ее желаниях, воспоминаниях и мечтах. Это кульминация всего романа, и многие находят его одним из самых захватывающих.

Какие эпизоды можно без стыда пропустить или просмотреть по диагонали? Практически любые, которые вызывают у вас ступор. Серьезно. Если вы застряли на «Сцилле и Харибде» (эпизод 9, сложнейшие философские дебаты о Шекспире и искусстве) или «Быках солнца» (эпизод 14, стилистическая одиссея по истории английской прозы) - не мучайтесь. Пролистайте, почитайте краткое содержание, посмотрите комментарии и двигайтесь дальше. Ваша цель - не сдать экзамен по джойсоведению, а получить представление о книге.

Блумсдэй, суды и почему это все-таки стоит того

16 июня - это Блумсдэй, день, когда поклонники Джойса по всему миру отмечают события романа, переодеваясь в героев, читая отрывки и гуляя по Дублину по маршрутам Блума. Это не просто литературный день, это культурный феномен, который доказывает, что «Улисс» - это больше, чем просто книга.

История публикации «Улисса» сама по себе достойна романа. После того как несколько издательств отказались печатать его из-за обвинений в непристойности, Сильвия Бич, владелица парижского книжного магазина «Шекспир и Компания», взяла на себя смелость выпустить его в 1922 году. В США роман был запрещен и стал предметом долгих судебных разбирательств. В 1920 году американские издатели журнала The Little Review, Маргарет Андерсон и Джейн Хип, столкнулись с обвинениями в непристойности за публикацию отрывков «Улисса». Лишь в 1933 году судья Джон М. Вулси вынес знаковое решение в пользу книги, признав ее литературной ценностью, а не порнографией. Это был важный прецедент для свободы слова и публикации сложных произведений искусства.

Так зачем же браться за этот монументальный труд?

  • Это вызов. Преодолеть «Улисса» - значит почувствовать себя немного героем. Это проверка вашей литературной выносливости.
  • Это мастер-класс владения языком. Джойс - виртуоз слова. Он растягивает, сжимает, ломает и пересобирает английский язык так, как никто другой, создавая новые значения и ритмы.
  • Это энциклопедия человеческого опыта. В одном дне Блума Джойс умудрился уместить столько мыслей, чувств, культурных отсылок, что роман становится отражением всего человечества, его обыденности и величия.
  • Это понимание модернизма. «Улисс» - один из краеугольных камней модернистской литературы. Джойс разрушает традиционные повествовательные структуры, экспериментирует с формой и языком, что сделало его образцом для многих писателей 20 века. Т.С. Элиот даже назвал его использование «мифического метода» революционным.
  • Это Дублин как персонаж. Город не просто фон, а полноценный участник событий, с его улицами, пабами, людьми и неповторимой атмосферой.

Не бойтесь Джойса. Он не кусается, хотя и может заставить вас почесать затылок. Воспринимайте его как старого эксцентричного профессора, который любит шутить и играть словами. С ним не всегда легко, но всегда интересно. И помните, вы не одиноки в этом путешествии. Миллионы читателей до вас прошли этот путь, и вы тоже сможете. Просто дышите глубью и не забывайте про комментарии Хоружего.