Новостные ленты — это всегда зеркало заднего вида, в котором отражается будущее. Перебирая архивы литературного портала It book за конец 2017 года, поражаешься тому, как плотно в тех сводках были упакованы предвестники нашей сегодняшней, образца наших дней, культурной реальности. Это был момент окончательного и бесповоротного слияния классической литературы с глобальной индустрией развлечений.
Рождение корпоративных мегафраншиз
Осень 2017-го пестрела заголовками, которые сегодня кажутся отправными точками: «Amazon купила права на производство сериала во вселенной "Властелина колец"», «Джордж Клуни экранизирует "Уловку-22"», «Netflix взялся за экранизацию "Гамлета"». Тогда стриминговые платформы только нащупывали золотую жилу литературных адаптаций.
Сегодня, в наши дни, когда 80% визуального контента генерируется на базе выкупленных литературных IP, а писатели изначально создают тексты под форматы сезонов и спин-оффов, новости 2017 года читаются как хроника захвата рынка. Литература перестала быть вещью в себе — она стала венчурным активом, сырьем для алгоритмов Голливуда и Силиконовой долины.
Ребрендинг духовности: кофе, Wi-Fi и сельские библиотеки
Не менее симптоматичной выглядит новость о том, как агентство BBDO Branding совместно с Библиотекой иностранной литературы решило превратить «закрытые монастырские сообщества» сельских библиотек в хипстерские пространства. «С хорошим кофе и вай-фаем», разумеется.
Это была эпоха великого глянцевого урбанизма, который пытался экспортировать эстетику московских Патриарших прудов в глубинку. Сегодня, когда физические пространства библиотек всё чаще заменяются VR-хабами, та попытка одомашнить чтение тыквенным латте вызывает улыбку. Но именно тогда был заложен важный тренд: книга стала элементом лайфстайла, а пространство для чтения — важнее самого акта чтения.
От "Плохого секса" до Тотального диктанта
Контрасты новостной повестки 2017 года тоже очаровательны. На одной странице мир обсуждает премию Bad Sex Award, врученную за сравнение половых органов с бильярдными шарами, а на другой — гордится тем, что Гузель Яхина стала автором Тотального диктанта. Литература умудрялась быть одновременно провокационной, мемной и до скрежета зубов скрепной.
Вспомним и презентацию книги Виктора Ерофеева «Розовая мышь» в клубе с претенциозным названием «Северо-восточный диван». Литературная тусовка тех лет ещё наслаждалась своей камерностью, не подозревая, что скоро алгоритмы рекомендаций окончательно разрушат институт «элитарных клубов», сделав любой текст доступным (или, наоборот, невидимым) для миллионов за доли секунды.
Читая новости 2017 года, мы видим мир на пороге грандиозной трансформации. Мир, который всё ещё верил в бумагу, но уже радостно продавал душу стримингам.