Открывая архивы рубрики «Что читать» образца 2018 года, невольно улыбаешься тому, как отчаянно литературная критика пыталась структурировать хаос. Портал It book тщательно раскладывал книги по понятным, безопасным ящичкам: вот рубрика «Мужское/Женское», вот «Малая форма для занятых людей», а вот «Советы великих». в наше время, когда границы гендера, жанра и хронометража стерлись окончательно, эта страсть к категоризации выглядит как трогательный архаизм.
Анатомия «мужского» поступка и «женского» быта
В 2018-м концепция гендерной литературы всё ещё была легитимной. Критик Платон Беседин серьезно разбирал роман Дмитрия Лекуха, рассуждая о «будничности мужского поступка», «мужских принципах» и спецслужбах. По соседству препарировали тексты Энн Тайлер, определяя их как хронику «тихого семейного (не)счастья», плавно перетекающего в женский быт.
Сегодня, в эпоху постгендерных нарративов и тотальной флюидности, такие рубрикаторы кажутся почти скандальными. Мы больше не делим литературу на мужскую (где обязательно должны быть принципы и спецслужбы) и женскую (где царят семья и неврозы). Но тогда это была нормальная навигация по книжному рынку. Читателю предлагали готовые ролевые модели, и литература исправно их поставляла.
Клиповое чтение до эпохи микро-нарративов
Не менее интересна рубрика «Малая форма». Журналисты заботливо отбирали сборники рассказов и покетбуки для «занятых людей», у которых «много работы, а почитать хочется». В 2018 году мы только начинали чувствовать хроническую нехватку времени, но всё ещё пытались спастись с помощью традиционных текстовых форматов (например, рассказов Фридриха Горенштейна).
Это была предтеча нашего сегодняшнего клипового потребления. в наше время «занятые люди» больше не читают сборники рассказов — они потребляют сгенерированные ИИ микро-нарративы, аудио-саммари длиной в две минуты или интерактивные голограммы. Но импульс был задан именно тогда: литература должна стать компактной, чтобы выжить в битве за внимание.
Синдром прозёванного гения
Среди этого стремления к утилитарности мелькали и тексты-предупреждения — например, статья Яны Семёшкиной о «синдроме прозёванного гения». Литературная индустрия 2010-х панически боялась пропустить нового Толстого в потоке коммерческого мусора.
в наше время мы больше не ищем гениев. Алгоритмические фабрики контента сделали гениальность нерентабельной, заменив ее стабильно высоким качеством предсказуемых сюжетов. Но архивы 2018 года показывают: когда-то мы искренне верили, что правильная рубрикация поможет нам найти того самого, непрозёванного автора, который объяснит нам, кто мы такие.